МОСКВА, 23 мар — РАПСИ. Суд Европейского Союза сообщил о существенном увеличении количества поступивших в 2025 году обращений, связанных с санкционной политикой Брюсселя. По словам партнера юридической фирмы BGP Litigation, эксперта по санкционному праву Сергея Гландина, настало время «молчунов» — попавших под санкции лиц, которые просто устали надеяться и ждать.
Ожидания и реальность
Согласно обнародованным данным, в 2025 году в Суд общей юрисдикции, суд первой инстанции, поступило 105 новых заявлений касательно ограничительных мер против 63 обращений годом ранее.
Подавляющая часть дел этой категории – 84 из 105 – касается ограничительных мер со стороны Европейского союза в связи с событиями вокруг Украины, в том числе действиями, предпринятыми Белоруссией, обстановкой в Молдове, поддержкой Москвы Тегераном, а также деятельностью, которая расценивается как направленная на дестабилизацию ситуации в еврозоне или угрожающая государствам-членам объединения.
В BGP Litigation, как поясняет Гландин, ожидали спада по околосанкционному направлению, но ожидания не оправдались.
«Мы ожидали спада по околосанкционной работе, разблокировке активов, и даже думали закрыть данное направление еще в середине прошлого года, но нет. Потихоньку начинают приходить так называемые «молчуны» — лица, которые не предпринимали активных действий последние 3 года и думали, что все само рассосется и разблокируется. Не разблокировалось и не рассосалось. ЕС в принципе не собирается никакие санкции смягчать или отменять», — рассказал Гландин.
По его словам, стало больше обращений по оспариванию санкций со стороны не только Европейского Союза, но также со стороны США и Канады.
«В то же время на нет сошли обращения даже о консультировании по украинским санкциям. Видимо, с ними все уже смирились», — отмечает партнер BGP Litigation.
Вера в собственную непогрешимость
Гландин обращает внимание на принципиальную незаинтересованность Совета ЕС снимать антироссийские санкции даже после успешных постановлений Суда ЕС, запретительный крен по постановлениям в порядке статьи 267 Договора о функционировании Европейского союза. Здесь в качестве примера он ссылается на постановление по делу SBK Art (Fortenova).
«Совет ЕС упорно не желает признавать ошибки и снимать санкции на стадии административного пересмотра в самом ведомстве. По одному нашему клиенту в материалы его досье были добавлены сведения и упоминания о его теске — совпадали имя и фамилия, но не отчество. Тем не менее Совет это не смутило, и он все равно отказал в снятии ограничительных мер», — рассказал Гландин.
По его мнению, определенное значение при принятии решений, администрировании санкционных списков и даже обозначении позиции в суде имеет также чрезмерное полагание евробюрократов на своеобразную телеологическую установку: до тех пор, пока не достигнуты цели санкционной политики, любые послабления допустимы лишь в крайних случаях.
«Это при том, что телеологическое толкование имеет мало общего с высокими идеалами правовой определенности, верховенства права и независимого суда, чем так гордится ЕС, оно характерно для авторитарных режимов», — пояснил партнер BGP Litigation.
Права и сроки
В Европейском Союзе санкции продлеваются каждые полгода, так что в Суд в Люксембурге можно обращаться 2 раза в год, не говоря уже об административном пересмотре, обращает внимание Гландин.
«Это на Украине нужно успеть в пресекательный полугодовой срок для судебного оспаривания указа президента о санкциях, отсчитываемый с момента официальной публикации. Довод: «я вот вчера только узнал о санкциях» в силу сформировавшейся судебной практики там не работает. Что касается США, то там срок — 6 лет, так что год еще на раскачку есть. В Британии в профильном регламенте сроки никак не обозначены», — резюмирует эксперт.
Подписаться на канал РАПСИ в MAX >>>
